Ни капли невинности
Роман “Ни капли невинности” был издан в 2004 году компанией Zebra Group.
intro
А весна лезет изо всех щелей!!! И уже +8, и любой человек в застегнутом пальто, а уж тем более в шапке - стопроцентно агент исламских радикалистов из жарких стран. И третий день насморк, и ботинки промокли, и кашель, но - хорошо, черт возьми!!! На задних сиденьях пролетающих мимо авто груды сваленной верхней одежды, а в метро - повышенная влажность. Вы еще помните, что такое шарф???
Ни на секунду не покидает ощущение, что вот здесь, сейчас, в крайнем случае, вон за тем поворотом начнется то, чего ты ждал всю жизнь. Самое Большое и Опасное Приключение в компании со смутно знакомой блондинкой с обложки какого-то журнала (откуда я ее знаю?? ах, да… вспомнил!!). Кэмерон Диаз наконец-то запомнит как тебя зовут и вообще - воспылает к тебе такой страстью, что еще лет пять бульварная пресса всего мира будет использовать ваши имена как синоним Вечной Любви. Кто-то забудет закрыть двери и оставит ключ в замке зажигания Lamborghini Diablo…
Хочется жить! Поздно ложиться, рано вставать. Торопиться на важные встречи и не опаздывать. Благоухать Calvin Klein Truth, одеваться в Hugo Boss на Старом Арбате. Бриться хотя бы раз в три дня. Сыпать идеями. Нравиться девушкам. Хочется, чтобы твои дети были (для начала - чтобы они просто были) умными, честными, порядочными. Чтобы они любили свою родину, знали слова гимна и уважали президента. Чтобы у них была совесть. И принципы. Чтобы на вопрос о любимой книге они не отвечали: “Журнал Maxim”. Словом, чтобы они не выросли такими же засранцами, как ты сам.
А еще весной у пива какой-то особенный вкус. Не замечали? То ли производители специально меняют рецептуру и добавляют больше хмеля, то ли это от того, что пить можно прямо на улице, не запихивая себя в тесные, насквозь прокуренные, коробки баров, то ли солнце добавляет градус… И вот ты летишь по какой-то центральной улице Москвы (а ощущение такое, что все улицы - центральные!) с неизменной Stella Artois в руке, в распахнутом настежь пальто - и ты счастлив!
И по фиг, что тебе уже 24, и что за плечами развод и куча нажитых врагов. И что нервных клеток осталось меньше половины. И что Билл Гейтс в твоем возрасте уже был миллионером, а ты все считаешь 2000$ приличной суммой…
И ты готов - так уж и быть! - согласиться на главную роль хоть в “Титанике-2″, хоть в “Гарри Поттере-5″. И сняться обнаженным для обложки “Cosmopolitan”. И замолвить словечко за Шнурова в московском правительстве. А завтра - автограф-сессия в “Пурпурном Легионе”, ужин с Лагутенко, переговоры с Абрамовичем. И хочется (можно поставить точку :-)) ) осчастливить всех девушек беременностью от Брэда Питта, а юношей - non-stop party в компании с Машей Алалыкиной и Ирой Тоневой…
В общем, viva la весна, господа!!!
ЧАСТЬ 1
@@@
“Yo! Kak dela?”
Sms - это финальные аккорды траурного марша на похоронах эпистолярного жанра. Каждый раз, когда бездушный робот биллинговой системы списывает с вашего счета очередные 6 центов, вы вносите свою посильную лепту в гонорар могильщиков.
Переписку Онегина и Лариной следовало исключить из школьного курса литературы в тот день, когда первый раз через тысячи сот, через все эти серверы, базовые станции, маршрутизаторы и прочую техническую лабуду пролетело отчаянное “Ya lublu tebya!!! Ponimaesh’, ya ne mogu bez tebya zhit’!!!” И замерло, скукожилось кровоточащее сердце, потеющие ладони судорожно сжали этого напичканного какими-то микросхемами нового вершителя судеб с глупо мерцающим экраном. Весь организм только и ждет призывного “тыды-дыдыы-дыдыыыы” (ну, по крайней мере, моя Motorola делает именно так :-)) ), чтобы прочитать в ответ: “Ya tozhe lublu tebya! Pozvoni mne vecherom, ok?”
Только представьте: “Ya k vam pishu - chego zhe bole? Chto ya mogu esche
skazat’? Teper’, ya znau, v vashei vole menya prezreniem nakazat’. No vy, k moei neschastnoi dole hot’ kaplu” - и все, Таня, кончилась твоя 160-тизначная свобода!!
“Yo! Kak dela?”
Это Торин. Женя Торин. Мой друг и, пожалуй, самый уникальный человек из тех, с кем я знаком лично. Абсолютно талантливый. Во всем. Особенно в умении скрывать свои таланты.
Вот лично Вы умеете переключать каналы на ТВ при помощи мобильного телефона??!
“Yo! Kak dela?”
“V norme. Sam to kak?”
“Vse good. Poedesh katat’sya?”
Этой весной Жене за какие-то смешные деньги досталась машина. Мечта самоубийцы. Вечный источник заработка для инспекторов ГИБДД. Темно-красная “пятерка”, побитая даже в местах, не оставляющих никаких сомнений, что предыдущими ее владельцами были The Exploited. Если ездить быстрее 60-ти км/ч, то первой расходной статьей в семейном бюджете можно смело считать траты на подгузники для взрослых. На каждом повороте зеркало заднего вида с поразительной настойчивостью пикирует на рычаг переключения передач. А пассажиру, сидящему справа от водителя, в качестве платы за проезд вменяется в обязанность возвращать на место содержимое бардачка, который тошнит при каждой остановке на светофоре.
Кстати, закрывать правую заднюю дверцу так никто и не научился.
“Konechno poedu. Kogda?”
“Da xot’ pryamo seichas!”
Женькина машина - для чисто мужских прогулок. Можно гарантированно поругаться с девушкой, если приехать за ней куда-либо на этом экспонате музея автомобильного убожества.
Удобно, кстати, для расставаний.
“Ok. Ya minut cherez 40 u tebya.”
“Davai. Zhdu.”
Мы паркуемся возле МакДональдса на Б.Дорогомиловской, между Lexus RX300 и Toyota RAV4 New. Женя придирчиво обходит свою машину по кругу раза три, проверяя, все ли замки закрыты. Затем произносит задумчиво: “Эххх, как бы не угнали!” Мы все начинаем безудержно ржать. “Мы все” - это я, Олег и Вадим. Когда-то давно мы учились в одном классе. Многие справедливо утверждают, что школьная дружба недолговечна. Действительно, и зачем только мы до сих пор собираемся вместе??
В бесцельных субботних прогулках - хоть пеших, хоть автомобильных – есть какая-то притягательная недосказанность. Каждый знает, что все это никак не обойдется без чьего-либо: “А может по пивку?”, но никто не стремится сказать это первым.
Сегодня не выдержал я.
Мы бодро шагаем по немыслимой слякоти, с энтузиазмом перепрыгивая метровые лужи. Лучезарности лицам, широты улыбкам и блеска глазам добавляют три булькающе-шуршащих пакета, непозднее время суток, немалая сумма наличных в карманах, дарящая надежду на то, что эти три пакета - не последние, и перспектива многочасового рубилова в преферанс при полной недосягаемости со стороны подруг, жен, родителей, начальства, кредиторов, налоговой полиции и прочих неуместных в данной ситуации контрагентов. Мобильные телефоны - с молчаливого согласия всех - дружно выключены. Понеслась!!!
Есть несколько верных способов испортить любую вечеринку. Безусловно, самый варварский из них – это звонок родителей одной из присутствующих девушек с требованием немедленно («Ты слышал, кретин? НЕМЕДЛЕННО!!!») привезти ее домой. Если девушка еще в состоянии самостоятельно передвигаться или, по крайней мере, стоять на ногах, то проблема решается более или менее просто – вызовом такси. Но как назло родители всегда звонят в такое время, когда девушка либо сползает по стене на пол, обессилев от влитого в ее так и не испробованное тобой тело алкоголя, либо когда ты, мужественно спасая(сь) от позорного падения, несешь ее в ближайшую свободную комнату с кроватью.
Родители девушек – такие существа, с которыми лучше не спорить. И ни в коем случае не ругаться. Еще не дай бог припрутся лично. Предъявят претензии. Начнут интересоваться твоими планами относительно их дочери. А через полгода будут ласково называть тебя «зять» и приглашать в выходные на дачу пропалывать грядки с… ка… с чем-то таким зелененьким… Блин, да что ж вы тут понасажали-то??!
Есть еще и другие способы. Я вам, конечно, расскажу, если вам интересно. Если вы из тех говнюков, которые любят портить вечеринки, но до сих пор не знаете, как это делается.
В самом начале, когда первые – немного теплые – банки, возмущаясь пеной, нехотя переливают свое пивное содержимое в еще чистые бокалы. Пока фисташки, корюшка и чипсы еще не свалены в общую кучу прямо на столе, а разложены по отдельным тарелкам. Когда в мозгах лихорадочно проносится: «Эххх, надо было, наверно, еще по паре взять! Придется к метро идти, тут сейчас закроется рядом…» Вот именно в этот момент наберите в легкие воздух, откройте рот и произнесите убийственное:
- А давайте сегодня не будем о компьютерах, мобилах, интернете и работе, а?
Если после этого ваши обглоданные кости не сложат в ту же тарелку, что и останки очередной курицы-гриль, знайте: вы либо в компании протертых интеллигентов, либо настоящих друзей. Но на всякий случай все же не стоит устраивать неуместные испытания, а то потом заявите еще, что Камалеев во всем виноват… Нашли Чубайса, тоже мне!!!
Среди нас, слава богу, говнюков нет. Поэтому, шурша и булькая, неторопливо течет нормальный разговор.
Motorola vs Nokia, Volvo vs BMW, «Клинское» против «Stella Artois» (хыхы, пьем то все равно «Золотую бочку»), КПК vs ноутбуков, Maxim или GQ, БиЛайн и МТС, а за Microsoft – не чокаясь!
- Пикалов давно не звонил?
- Давно… Хахаха, видимо, с прошлого раза все отойти не может!
- Да уж, круто было в тот раз!..
@@@
Пол-Москвы поражено странной, неизученной и, видимо, неизлечимой болезнью. Люди, независимо от возраста, пола, социального положения, роста, веса, наличия вредных привычек, других хронических заболеваний, ежедневно демонстрируют – причем публично! – ее симптомы. Московские власти бездействуют, светила отечественной медицины безмолвствуют. Впрочем, их можно понять – они не ездят в метро. Между тем болезнь поражает все больше и больше москвичей изо дня в день.
Называется она «метромикропаралич».
Да, да, это именно тогда, когда грузная тетя с бюстом седьмого размера толкает мое тщедушное тельце, занятое переносом из одного места в другое тяжелой, забитой мыслями, головы, издает воинственный рык и с ускорением охотящегося гепарда врывается в открытые двери подошедшего поезда, но, едва войдя в вагон, РЕЗКО ОСТАНАВЛИВАЕТСЯ! И продолжает стоять до тех пор, пока двери не закроются, а поезд не тронется. Идущим за ней остается лишь либо просачиваться каким-то образом внутрь, обтекая ее, либо – поскольку ММП передается моментально – так же замирать, но уже за пределами вагона. Неуспевшего ждет судьба сырого яйца, сброшенного с седьмого этажа…
Бывает еще ММП с осложнениями.
Если вы видите мешком свисающий с поручня костюм, из недр которого видны стеклянные выпученные глаза, полуоткрытый рот, вместе составляющие весьма дебильную физиономию, не пугайтесь. Это не сбежавший пациент лечебницы им. Кащенко. Вполне возможно, что гражданин даже трезв. И вообще – не судите строго. Это ваш соотечественник, изучающий «Схему движения скоростного транспорта г. Москвы». Проследите за его взглядом – убедитесь сами. Вот я, например, уже привык.
Хотя, все же, наблюдать за этим в воскресенье утром, честно говоря, тяжеловато. Но вот, наконец, долгожданное: «Станция «Комсомольская». Переход на кольцевую линию и выход к вокзалам: Ленинградскому, Ярославскому и…» самому грязному, блин!!!
Если вы живете в Москве, но родились не здесь, то - скорее всего - вы поймете, о чем я хочу сказать… Об этом тянущемся по всей твоей жизни шлейфе знакомых, одноклассников, приятелей, однокурсников, бывших коллег, собутыльников, любовниц/любовников, соседей и проч., которые остались жить ТАМ, на твоей исторической родине (в Самаре, Казани, Ростове-на-Дону, Днепропетровске, Владимире, Волгограде etc). Это совсем не то же самое, что знакомые, бывшие коллеги, однокурсники и т.д. из Москвы. О нет!
Земляки никогда о тебе не забудут. Даже не надейся. Ты навсегда останешься в их памяти, а твой телефон – в их записной книжке. В этом то вся проблема. Не проходит и недели, чтобы какой-нибудь Володька, который сам прекрасно понимает, что его фамилия значит для тебя не больше, чем название столицы Мозамбика, не позвонил и не попросил бы о чем-нибудь. Да, именно, тот самый Володька (который «ну, помнишь, ты мне еще в 9 классе зуб баскетбольным мячом выбил») звонит и просит купить и отправить ему книгу «299 относительно приличных способов заставить кроликов размножаться», или встретить в Домодедово и отвезти в Шереметьево труп любимого лабрадора двоюродной бабушки второго мужа бывшей тещи, или подсказать, где в Москве самые дешевые резиновые сапоги, если покупать сразу сто пар, но все – разного цвета (ненужное зачеркнуть). Первое время, конечно, ты стараешься честно убедить Володьку, что книга про кроликов продается только в комплекте с DVD, килограммом семян моркови и резиновой лодкой деда Мазая, самолет из Здолбунова прилетает в Домодедово в три часа ночи, а у тебя нет машины и живешь ты на другом конце города, и, честно говоря, никогда в жизни не видел резиновые сапоги. Володька, конечно, тебе не верит. Умоляет, упрашивает, обижается.
В следующий раз ты довольно жестко и предельно конкретно объясняешь, что тебе некогда, что ты не в Москве, что ты болен, что ты умер, в конце концов!!! Блин…
Еще пару раз ты просто не отвечаешь на звонки.
Все. Можно быть уверенным, что твое имя навсегда вычеркнуто из списков тех, кому отправляют открытки на новый год, - по причине твоей бесполезности (т.е., конечно, циничности, черствости, бездушности, нежелании помочь ближнему и т.п.). Зато можно поздравить себя с включением в обязательную программу бесконечной олимпиады сплетников: «Ах, ну да! Камалеев же у нас крутой. В Москве живет. А ты слышала, как он на прошлый свой день рождения купил ящик Martini и раздал его на улице бомжам?! Вот дурак то…»
Согласитесь, не самые приятные воспоминания о родных местах сопровождают меня, когда я иду по перрону встречать только что прибывший фирменный скорый №21/22 «Димитровград – Ульяновск – Москва». Целый поезд землячков, блин!!!
Старательно обходя знакомых, носильщиков, стражей порядка, изредка все же бросая скупое: «Привет! Рад видеть! Извините, спешу…», быстро приближаюсь к 6 вагону. Дверь открывается, проводница выполняет традиционный шаманский ритуал: протирает поручни тряпочкой цвета слякотной жижи. Не знаете, случайно, зачем? Лично я в поезде вообще стараюсь ни до чего без особой нужды не дотрагиваться, а поход в туалет воспринимаю как личный подвиг. За спиной хранительницы чая уже видны полусонные физиономии очередных покорителей Москвы. Нет, конечно, они сюда не навсегда. Кто-то по делам, кто-то в отпуск, кто-то проездом, кто-то к друзьям. Просто для некоторых через турникет пройти – уже достижение. В таком-то состоянии! Покорение, прямо-таки :-)).
Итак, первый пошел, второй пошел, десятый, восемнадцатый… Хм, так бы не заснуть… Вот, наконец, появляется он. Тот, кого я встречаю.
Пикалов собственной персоной!
Ё-маааё!!
Если и есть на свете человек, о котором я знаю гораздо больше, чем даже его психоаналитик, то это, несомненно, Пикалов. Не одну сотню литров алкоголя мы выпили в компании друг друга. «Во дни сомнений, во дни тягостных раздумий» моя квартира всегда была для Сашки местом, где никто не учил его жизни, никто не упрекал за что-то не так сделанное, не заставлял принимать жизненно важные решения прямо здесь и сейчас. Зато всегда выдавался дежурный комплект постельного белья и задавался вопрос: «Есть будешь?»
Поэтому сейчас, увидев его серо-зеленое лицо и угрюмый взгляд, я все понял и без объяснений. Причем в деталях. Вплоть до количества рюмок, имевших место быть последствий и количества собутыльников, но главное – причины! У Сани в очередной раз случилась ЖОПА (Жизнь Оправдывает Потребление Алкоголя). Причем на личном фронте.
- Надолго?
- Да блин, - (эээ, Саша, это не ты пел в Cannibal Corpse?) – хер его знает!
- Понятно… Какие планы?
- Да блин, хер его знает!
- Ясно…
- Мне б пожрать…
@@@
“Он не нашел себе другую,
Он влюбился в ведьму и
Ушел на дно,
Камнем на дно…»
А. Васильев (гр. «Сплин»)
Ночь, улица, фонарь, аптека… О, аптека!!
- Олег, у тебя есть презервативы?
- Есть, - в паузе между двумя неторопливыми затяжками ответил Олег. – А тебе сейчас зачем??! – вдруг встрепенулся он.
- Нууу, так… На всякий случай…
- Ну ты, Миха, и кобель! Никаких, на фиг, случаев, понял? Сейчас за пивом – и домой!
- Ну ладно, ладно… Чего ты орешь то сразу? Мало ли. Может, ты сам хочешь?
- Пошел ты…
Да, блин, поговорили…
Поднимаю воротник пальто. Холодно. Откуда только в апреле снег?
Разыграв нехитрый жребий - Вадим спит, Женька варит креветки, нам с Олегом пришлось отправиться за пивом. В два ночи ближайшая точка в этом районе – супермаркет за два квартала от дома. Двадцать минут пешком в одну сторону. «Такси не подвозят таких негодяев». Впрочем, проветриться не помешает.
Последняя сигарета из пачки. То, что от нее осталось, послушно перекатывается по асфальту, в агонистическом припадке гордости пытаясь изобразить гаснущий фейерверк.
- Миха, слушай, - хм, поговорить, видимо, все же удастся, - а у вас с N все началось на мой день рождения, да? – Олег хитро щурится. Ха, провокатор хренов! Или, может, это просто ветер?
- Нет, - честно ответил я. И даже не соврал. Ни слова. Во-первых, потому что сказал всего одно слово. А во-вторых, потому что все началось несколько раньше. На несколько лет раньше.
Тогда мне было 15. Собственно, ей тоже. Я был безграничным идеалистом, не смотрел телевизор, цитировал японских поэтов какого угодно века и среди друзей считался самым умным, хотя сволочью и задохликом. Я всерьез надеялся, что в 25 уже буду миллионером и выйду на пенсию.
А еще в том году застрелили Кобейна. После его смерти самыми модными темами для разговоров стали: 1) кто будет следующим символом поколения; 2) сколько стоил билет на Unplugged in New York; 3) «дай геометрию списать». За мое некоторое весьма отдаленное внешнее сходство с Куртом, отчаянно поддерживаемое волосами до плеч и мертвенной (как бы героиновой, а на самом деле – просто оттого, что мало ел) бледностью, третий пункт для меня решался более или менее просто. Насчет второго я «авторитетно» хранил молчание, а вот с первым не разобрался до сих пор – то ли транссексуальный Брайан Молко, то ли замороженный Вилле Вало, то ли меланхоличный уродец Том Йорк… Фиг поймешь!
«I’m so ugly. That’s ok, cause so are you» - слова, для миллионов ставшие оправданием никчемности собственной жизни. Для N же это оказалось пустым звуком. А «Lithium» - всего-навсего каким-то там по счету элементом таблицы Менделеева.
А еще она не курила, не читала Сэлинджера (впрочем, кто среди моих друзей - кроме меня - читал его в 14 лет??), слыла недотрогой и не спешила, в отличие от многих, расстаться с невинностью.
Ее практичность и не по годам развитый рациональный цинизм шокировали не только школьных учителей, но и умеющих расшвыривать по самым недоступным углам понты сверстников. В частности, меня.
Это сейчас я всего лишь третий по красоте (после Брэда Питта и Дэвида Бэкхема) блондин из всех живущих на свете, а в то время я был самым красивым мальчиком нашей школы. Мое участие в любом школьном мероприятии гарантировало 100% явку девочек, имевших счастье учиться со мной вместе в одну смену. А – следовательно - и мальчиков, которым были небезразличны эти девочки. Кроме того, природа не обделила меня ни слухом, ни голосом, ни актерским мастерством, поэтому мое участие не сводилось к тупому стоянию на сцене. Этим, видимо, я и заслужил безграничную симпатию организатора всех наших массовых мероприятий (раньше это называлось «пионервожатый»). Впрочем, интерес был взаимным: девушка была весьма неплоха собой, хотя и несколько взрослая для меня, к тому же – замужем.
Для N же все мои заслуги – «пшик». Как оказалось потом – напускное, типичное девичье как бы равнодушие. Но я повелся. Вслух пообещал всем своим одноклассникам: «будет моей». Пообещал – нужно сдерживать…
Стандартная школьная дискотека. Медленный танец. Всего лишь чуть-чуть приглушенный свет, чтобы учителя могли видеть, кто кого лапает. Видимо для того, чтобы экономить на последующем определении отцовства. Анализ ДНК дорогая все-таки штука. N, старательно шепча мне на ухо, очень приблизительно переводит текст томной песенки. Я тщательно стараюсь не заржать.
Те, кто считает, что школьная любовь – это нежная и трогательная сублимация садизма (в виде дергания за косички), мазохизма (таскание до дома Ее портфеля) и холуйского подобострастия (у каждого свое – кто конфетами закармливал, кто морды одноклассникам бил), явно заканчивали школу под унылые завывания Джима Морриссона и бодрые распевы ВИА «Самоцветы». Поколение же, еще успевшее перейти из октябрят в пионеры, но уже оттуда – прямиком в стадо клиентуры драгдилеров вместо комсомола, своей столицей считало Сиэтл и успело получить «Черную метку» от Кинчева. Публичным признанием в любви для нас было тупое переминание на месте, обнявшись. Называлось это – «медляк».
Неудивительно, что уже вечером того же – ох и трудного! – дня всевидящее око школьного общественного мнения решило: лубофф… Школьное общественное мнение по традиции формировалось в «каморке, что за актовым залом». Быть допущенным к обсуждению самых значимых школьных событий было непросто. Попасть внутрь считалось очень круто, а твое положение в табели о рангах определялось одним человеком – как это называлось, «ведущим дискотеки». Диджеем, короче.
В нашем случае диджеем был Торин. Сечете фишку? :-)
В каморке и вправду было круто. Там стояла вся аппаратура, хранились гитары, клавишные и – вау! – ударная установка. Но самое главное – она запиралась изнутри так, что снаружи открыть было невозможно. Следовательно, там можно было курить и пить алкоголь буквально под носом у учителей и не быть застуканными! Чем мы нагло и пользовались.
В тот самый вечер в каморке произошло два весьма примечательных события.
Во-первых, неожиданно с проверкой на добропорядочность на огонек заглянула директриса. Не совсем еще пьяный Торин четко определил «чужой» стук, рявкнув на всех, велел заткнуться, потушить сигареты, убрать водку, а тело Землякова спрятать за шкаф. Зайдя внутрь, директриса втянула носом воздух и гневно задала дурацкий вопрос:
- Курите?
Нет, блин, насрали…
Находчивый Женька округлил глаза, мысленно прошептал: «ну все, п..ц», и с видом расстроенного отца нашкодившего ребенка выпалил: - Что вы, Татьяна Васильевна!! Это усилитель дымит. Боюсь, вообще сгорит. Надо бы, наверно, новый покупать, а то до Нового года этот наверняка не дотянет…
Через пару недель под дружный хохот всех обитателей каморки Торин принимал новый усилитель. С парой новых колонок в придачу. Веселая жизнь продолжалась…
А во –вторых, в тот вечер в «штаб-квартире» не появился я. Как раз в тот момент, когда Торин собрался было уже получать по полной программе от директрисы, я с N совершал пешую прогулку по свежевыпавшему снегу, пытался поразить ее знанием всего и вся, ну и вообще…
Мое отсутствие было воспринято однозначно, и, кстати, однозначно правильно: лубофф…
@@@
Дожив до 24 лет, я наконец-то узнал истинный смысл аглицкого словосочетаньица «pick up». Все время до этого я знал лишь, что pick up the word in the dictionary значит что-то вроде «узнать, как на самом деле это слово переводится, заглянув в словарь». Или типа того… Оказывается же, что на «чистаа маасковском» языке сие выражение означает не что иное как «клеить», «снимать» или – по-лоховски – «знакомиться с девушкой». До нескольких довольно уже взрослых типов, которые, видимо, одурев от онанизма, доперли, что есть еще и другие способы сексуального удовлетворения, наконец, дошло, что в Москве, впрочем, как и в любом более или менее развитом городе, есть место, где можно без всяких напрягов подснять девушку на ночь. Поскольку эксперимент проводился на Манежной площади, а также ввиду неизбежной московской мании величия, эта самая площадь и была объявлена Меккой – вау! – всемирного «pick up’a».
Если бы эти мальчики хоть на пару часов в день вылезали из интернета и имели хотя бы малейшее представление о том, что творится (простите за избитость, но в данном случае, думаю, это оправдано) за пределами Садового кольца, то, возможно, они бы знали, что еще А.С. Пушкин и М.Ю. Лермонтов «пикапили» девушек, женщин, а – за неимением оных - и мужчин, даааааааалеко за пределами нынешней Москвы. И способы, которыми орудует нынешняя «прогрессивная» молодежь, ненамного ушли от имевших место быть в 19 веке.
Но мои современники круче!
Йоу!
Куда уж там женатику Пушкину и малолетке Лермонтову!
Мои современники – упасть, что ли, на колени? – привлекли к своей «беспримерной», «оригинальной» деятельности все средства масс-медиа, которые, по идее, должны во мне («чистаа» типичном потребителе массовой культуры) пробудить «аафффигеннна» конкретные чувства зависти к их оригинальности. Несколько телеканалов, десяток газет, пара радиостанций с невообразимой готовностью (а почему бы не посвятить все это время проблеме жизни инвалидов в России?!!) разродились размышлениями на тему: «Вау, как круто!»
По горячим следам ребятки бросились, что называется, «стричь купоны». Они организовали целую школу, где учат прыщавых подростков, разрываемых на куски тестостероном, «пикапить».
Жалкое зрелище, я вам скажу. Бледный, на ватных ногах, с телефонной гарнитурой, через которую он получает «ценные» советы своего «гуру», мальчик подходит к понравившейся девушке и начинает что-то мямлить. Старается, бедняга, как можно точнее соблюдать запланированную программу «клея». Но, увы, у девушки сегодня другие дела, ей некогда, она только что поругалась с мамой, да и вообще сегодня «такой день»… Короче, шел бы ты! Малыш, не скрывая слез, на полусогнутых несется к своему Карлсону. Тот же, по-отечески похлопав мелкого по плечу, пускается в длинные теоретические рассуждения о природе и функциональном предназначении сего благородного вида деятельности. Вывод – «сопляк ты еще, вот я в твои годы»…
Потом все же Малышу везет. В его сети попадается праздно шатающаяся толстушка-хохотушка из Кировограда, не знающая как бы ей убить время до поезда.
Малыш ликует, в штанах становится тесно, руки потеют от волнения: «Вау, я снял девушку!!!» Он ведет ее в кафе, не знает с чего начать разговор и ляпает первую попавшуюся заготовленную фразу:
- Люда, ты выглядишь как девушка, которая не против выпить, да?
Всё!!!!!!!! Яду мне, яду!!!!!!!!!!!!!!!!!…
Один из двух моих любимых университетских преподавателей, пользовавшийся безоговорочным уважением у всех без исключения студентов, как-то поведал нам по секрету, что никогда в жизни он не встречал более изящного и заранее обреченного на успех предложения девушке выпить, чем в «Мастере и Маргарите»… «Вино какой страны Вы предпочитаете в это время суток?»… Господи, я согласен с ним на все 3000%!!!
Впрочем, кое в чем «пикаперы» все же правы. Несмотря ни на что. А именно в том, что молодежь нужно учить знакомиться с девушками. От банальности и пошлости всех, кто пытается это делать, порой натурально тошнит. Если сейчас не начать заниматься решением этой проблемы, то лет через 10 улицы страны задохнутся от гигантских толп страдающих спермотоксикозом студентов мужского пола, размахивающих плакатами с надписью «Девушка, можно с Вами познакомиться?» Кретин, если ты не обладаешь сногсшибательной внешностью или не являешься Антоном Комоловым, шансы услышать в ответ на этот наираступейший вопрос что-нибудь ехидное или – что уж вообще обидно – не услышать ровным счетом ничего растут прямо пропорционально степени твоей неуверенности! В любом деле кроме хирургии ценится небанальность подхода и импровизация.
На Манежной и Красной площадях, в Александровском саду, вокруг Исторического музея все пространство оккупировано красивыми молодыми людьми. Кто-то из них просто гуляет, кто-то спешит по каким-то очень важным делам, кто-то демонстрирует всей тусовке свой новый мобильный телефон, с сосредоточенным видом пялясь туда уже минут 15, кто-то зарабатывает на чипсы с пивом, впаривая уже заработавшим кока-колу и шоколадки. Среди них изредка попадаются те, кто нам нужны. Девушки, окруженные хриплыми тетками. Тетки истерически орут: «Приглашаем вас на замечательную полуторачасовую автобусную экскурсию по Москве!!! Вы своими глазами увидите все самые значительные пробки столицы, искусно вывернете шеи, пытаясь рассмотреть окно в Доме на Набережной, из которого голые Киркоров и Стоцкая размахивали американскими флагами!! Разобьете лбы о спинку впереди стоящего кресла, когда наш водитель, грозно матерясь, затормозит на перекрестке, пропуская летящий на красный свет президентский кортеж!! На Воробьевых горах сидящие справа увидят кусочек здания МГУ, а сидящие слева – вид из окна ректора МГУ с высоты упавшего птичьего помета!!! И за все это вы отдадите всего полторы своих месячных стипендии!!!»
Девушек чаще всего две. Реже – три. Они приехали на пару дней, предварительно проявив все свои феноменальные способности отпрашиваться у родителей.
Они соврали, что остановятся у каких-то там родственников какой-то там подруги. На самом деле ночевать они будут в «самом скандальном клубе» Москвы.
Наша святая задача – не пустить девушек на ночлег в «Парк Авеню Диско»!!!
Поэтому мы подходим к ним и лениво интересуемся, «не желают ли девушки составить нам компанию в пешей суточной прогулке по Москве, с посещением
самых интересных мест и местечек??» Они, естественно, соглашаются. Куда ж они денутся то?
Мы идем к Лубянке, потом по Охотному ряду на Тверскую, у мэрии разворачиваемся, возвращаемся на Манежку, заходим в кафе, принимаем первую порцию алкоголя. Затем Александровский сад, скамеечка, мороженое, потом Большой Каменный мост, Болотная площадь, Храм Христа Спасителя издалека, Петр Великий вблизи, ЦДХ, Парк Горького и т.д. и т.п. Пиво – везде! Ближе к вечеру – «Фрайдис», «Пушка» или «Гараж», а на ночь - в «Запасник» или в «Табула Раса». Утром обессилевшие девушки сами упрашивают нас поехать домой и спать, спать, спать… Кто с кем?
Пикалов молча слушает мой план действий, мрачно жует, жадно глотает темное «Krusovice», смотрит в окно и произносит:
- Кхе, мля… Я согласен. Только без девок. На Манежку, потом во «Фрайдис» и спать, спать, спать…
Мы не торопясь бредем по Тверской, я рассказываю все, что лезет в голову. Когда подходим к Манежной, уже довольно темно. Уже горят фонари, на Кремле
зажгли звезды, всякая иллюминация, неоновые огни, фары автомобилей.
- Ну, вот, Саня, это самое сердце нашей Родины.
- Даа, блииин! – лицо Пикалова первый раз за день просветлело, а настроение немного приподнялось.
- Что, чувствуешь прилив патриотизма?
- О да!!!
- Ну, вон – видишь синие кабинки? Сходи, отлей!
- Ну, ты, Камалеев, и урод!!!
@@@
Если говорить строго и откровенно, то вынужден категорически заявить, что день рождения Олега в тот раз более чем удался!
Собственно, самого Олега с нами не было. Как-то забыли пригласить :-). На самом деле, к тому времени он уже жил в Москве, и – насколько я себе представляю – коротал этот вечер… эээ, ну не то, чтобы в одиночестве, а, скажем так, в весьма немногочисленной компании милых девушек…
Впрочем, это нисколько не помешало моим соседям еще пару недель, встречая меня в подъезде или лифте, ворчать, упрекать и все такое.
So, ladies and gentlemen! Get this party started!!!
Что нужно для того, чтобы испортить вечеринку, я, кажется, уже говорил. Хотя, вы должны и без меня это знать. Это же так просто!
Сложнее, наверно, все же организовать действительно хорошую вечеринку. А здесь, на мой взгляд, есть только одно слагаемое.
И дело совершенно не в количестве литров алкоголя, забившего холодильник, расставленного на полу и выставленного на балкон, и не в длине юбок и откровенности взглядов приглашенных девушек, и не в количестве присутствующих людей, и не в громкости музыки, и не в
______________________________________________________________________
______________________________________________________________________
______________________________________________________________________
(поиграем в интерактивность – заполните сами недостающие компоненты :-) ).
Все просто.
Для организации действительно хорошей вечеринки нужно лишь настроение. Настроение, которое можно описать так: «Забудь о том, что будет завтрашнее утро!»
Да, утро наступит. Возможно, оно наступит только после обеда. Возможно, оно будет кошмарным. Но к чему сейчас об этом думать?? Уверен, основную идею вы уловили.
Под разгром была отдана моя ульяновская квартира. Туда набилось столько народа – почти весь наш бывший класс, что уединиться можно было разве только в туалете. Который, естественно, постоянно был занят.
Самый мощный ураган – это я теперь знаю точно! - носит название «офигительный расколбас». Его основная особенность в том, что проносится он в одном отдельно взятом помещении и обладает такой разрушительной силой, что устранение последствий его присутствия занимает время, раза в три превышающее длительность его непосредственного действия.
Впрочем, сначала мы гуляли на улице. Домой мы попали только тогда, когда «так устали наши плечи и ноги» и появилась насущная необходимость лечь, сесть, упасть плашмя, рухнуть etc, а расходиться очень не хотелось. Во время прогулки развлекались нехитрыми народными способами – пили водку из крышки от бутылки, рассказывали анекдоты и… звонили Олегу. Почему-то с моего мобильного телефона. За время этого разговора мы успели пройти около полутора километров, зайти в магазин за очередной порцией, пару раз выяснить отношения с местной шпаной, ну и все такое… Представляете, как я удивился, получив очередной счет на оплату услуг сотовой связи!!!
Как всегда и бывает на вечеринках, через какое-то время все присутствующие разделяются на группы по интересам. Кто-то сидит на кухне, соревнуясь в умении смешивать алкогольные напитки в таких сочетаниях, что один только состав коктейля вызывает зубную боль. Кто-то запирается в ванной и ставит акустические эксперименты, пытаясь заглушить страстные стоны шумом льющейся из крана воды. Кто-то проявляет чудеса терпимости, умудряясь заснуть среди всей этой вакханалии.
Так получилось, что окна моей квартиры расположены аккуратно напротив главного входа в офис одной всемирно известной (это действительно так!) авиакомпании. Меня до сих пор мучает вопрос – попадают ли мои окна в поле обозрения видеокамер их службы безопасности? Если да, то наверняка кассета с записью того пятничного вечера хранится где-нибудь в специальной коллекции начальника этой службы…
Потому что… Одна из групп по интересам, в которой был и я, развлекалась тем, что кидала рюмки, бокалы и фужеры вниз с балкона, стараясь кинуть как можно дальше и попасть на асфальт, а не на газон. Ну, чтобы разбить. На счастье. Или типа того.
Время от времени мы спускались вниз и, светя экранами мобильников, пытались найти в кустах неразбившиеся стаканы… Говорят, было весело…
Впрочем, чаще балкон использовался по назначению – как курилка. Собственно, N как раз таки вышла покурить. Откуда ж ей было знать, что именно в этот момент, когда она переступала порог, я вытащил очередную сигарету и тщетно искал зажигалку. Нашлись спички. Так всегда и бывает в жизни: ищешь одно, не замечая лежащего рядом другого. А ведь дело не в зажигалке и не в спичках, а в том, чтобы прикурить сигарету. Чтобы тонкая белая бумага, сгорая, давала огню возможность превратить табак в пепел, а заодно отравить твой организм. И не важно, чем именно ты зажжешь сигарету. Результат все равно один…
Мы закурили. Помолчали. Потом я задал тупейший вопрос:
- Как дела?
А что, скажите, я должен был спросить у девушки, которую не видел года три, и которая предпочла мне человека, в настоящий момент спящего в кресле в соседней комнате? Заметьте – в моей квартире!
С того самого осеннего дня, с той самой прогулки по свежевыпавшему снегу наши отношения развивались по кругу. Нас тянуло друг к другу, мы искали любые поводы, чтобы оказаться рядом, вместе, желательно без свидетелей, а затем понять, что это и есть то самое и единственное, что нужно каждому. Но в самый решающий момент, когда нужно было просто открыть рот и произнести несколько простых, и в сущности даже примитивных слов, наполненных однако самым глубоким и сокровенным смыслом… Именно те несколько слов, которыми разбитое сердце заваливает страдающую душу, словно обломки разрушенного землетрясением дома осыпаются на бедолагу, не успевшего выскочить из ванной… Всего несколько простых, легких, самых обычных слов, которые, соединяясь, тяжелейшим грузом наваливаются на такую ранимую юную психику и заставляют мучаться и не спать, по утрам разглядывать темные мешки под глазами, раздражаться и терять вес…
Ну, в общем, что тут еще добавить?
Слова каждый раз снова не были сказаны… И находились какие-то предлоги, чтобы их не сказать… И выданные авансы пропадали даром… И казалось, что наверное не стоит спешить… И в сущности, кажется, вовсе все и не так… Да и вообще…
Круг замыкался…
Мы практически не общались, не замечали друг друга. Да и о чем было говорить? Однако, обстановка сильно электризовалась, стоило нам оказаться в одной компании, особенно если каждый был с кем-то другим. За столом садились напротив друг друга, так, что не увидеть любое движение было просто невозможно. И курить почему-то выходили в одно и то же время.
Столько лет прошло, а как будто ничего и не поменялось…
- О боже, ну как будто ты не знаешь, как у меня дела!.. Ну что сказать? Поступила, вышла замуж, родила ребенка, закончила институт. Если вкратце…
- Ясно…
Из комнаты высунулась чья-то голова:
- Миш, а где у тебя здесь телефон? Ой, - вслед за головой на балкон выплыло тело, - а что это вы тут делаете? – Анфиса радостно захлопала глазами. Готов поспорить, я на 99,9% знаю, чем она занималась следующие два дня. Звонила всем знакомым и как бы невзначай рассказывала как она «зашла на балкон, а они там, представляешь…» Вариаций на тему, что мы делали «там», в каком положении, насколько поспешно, и как именно ноги N располагались относительно моего тела, в конечном итоге, наверняка, было столько, что… Короче, сплетен на эту тему я слышал уже настолько много, что даже лень рассказывать.
Собственно, о развитии наших отношений с N я чаще всего узнавал как раз из удивленных уточнений, а еще чаще – возмущенных нотаций - Пикалова. Который, в свою очередь, время от времени общался с теми, кто недавно виделся с кем-нибудь, кому звонила Анфиса. В общем, вы должны понимать :-).
- Знаешь, Анфиса, мы вот тут как раз обсуждали возможность открытия в Ульяновске метро. Было бы удобно, мне кажется. Как ты думаешь?
- Ну да, наверно, - Анфиса никак не думает. Она никогда не думает. Она недоуменно переводит взгляд с меня на N и обратно. В глазах немой вопрос: «Как?! А вы тут разве не трахаетесь?!»
- Только есть одна небольшая проблема. Понимаешь, метро открывают в тех городах, где население больше миллиона человек. А у нас, сама понимаешь, несколько поменьше. Вот мы и думаем, что делать…
- А что делать? – эхом отзывается Анфиса.
- Что-что… Рождаемость повышать! Вот мы как раз и думаем, как мы лично можем исправить ситуацию.
В глазах Анфисы немой восторг: «Ааа!!! Не трахаетесь, но собираетесь!»
- Ну ладно, - она кокетливо (по крайней мере, ей очень хотелось бы, чтобы это выглядело именно так) улыбается, - я пойду. Не буду вам мешать!
Да уж… На самом деле, единственными, кто нам мешал, были мы сами…
- Миха, слушай, а у вас с N все началось на мой день рождения, да? – Олег хитро щурится. Ха, провокатор хренов! Или, может, это просто ветер?
- Нет, - честно ответил я.
И даже не соврал. Ни слова. Во-первых, потому что сказал всего одно слово. А во-вторых, потому что все началось несколько раньше. На несколько лет раньше.
Тогда же и закончилось. По крайней мере, сейчас я понимаю, что закончилось. И тем не менее, несколько лет казалось, что все живо, что стоит только купить билет на поезд, приехать и сказать: «Здравствуй, ты знаешь…» и, даже не успев договорить, услышать в ответ: «Да, знаю…»
К чему тогда все эти неуместные открытки в дешевых конвертах на дни рождения и новый год? К чему ничего не значащие sms с пожеланиями удачного дня каждое утро? К чему несколько невыносимо мучительных страстных ночей, проведенных вместе?! Было это или не было? Неужели все напрасно?..
Ведь нет никакой разницы, чем зажечь сигарету… Или…?..
@@@
Один из моих любимых видов спорта – катание по ночным супермаркетам на тележках для продуктов. Вот и сейчас не удержался.
Вообще, по ночам в таких огромных магазинах очень весело. Люди туда ходят понятно за чем. В самом деле, не стиральный же порошок покупать!
Молоденькие кассирши смущенно хихикают над каждой твоей глупой шуткой, ты чувствуешь себя любимцем женщин. А охранник, только что распускавший павлиний хвост перед всем женским коллективом, внутренне мрачно борется сам с собой. С одной стороны, надавать бы этим молодым нахалам по ребрам дубинкой, а с другой – вроде как и не за что, да их к тому же еще и двое.
- Олег, вот тебе шампунь от перхоти!
- Ты че, офигел? Нет у меня перхоти, - огрызается Олег, тем не менее, на всякий случай, проводя рукой по голове.
- Ну, это на голове нет, а ты на ботинки посмотри!
Бааббаааххх!!! Это я ловко увернулся от брошенной в меня банки с кукурузой, и она четко снесла полполки зубной пасты. Таааак, пора линять. Еще не хватало с охранником сцепиться. Жалко все-таки парня. Пусть живет. На радость кассиршам.
- Девушка, а вы монгольские тугрики принимаете?
- Нет, - не врубается девочка.
- Эххх, а что же делать? У нас других-то денег нет… А обменник здесь уже не работает?
- Нет, - смущенно оглядываясь на внимательно наблюдающих за диалогом подруг, повторяет она.
- Ну ладно, наверно у Олега рубли есть. Сейчас он подойдет, я спрошу. Скажите, а какие из этих презервативов лучше?
- Ну, я не знаю. Вот, наверно, Contex, - совсем засмущалась, бедняжка. Ну, ничего, привыкай, я еще и не так могу!
- Ну вот Вы сами какими пользуетесь?
- Я… Я вот этими, - начинает показывать она, но тут же смущенно одергивает руку, - ну как я могу знать, какие лучше, - краснеет, - каждому свое…
- Ой, да Вы наверно меня неправильно поняли, простите. Я имею в виду, какие самые прочные. А то я вижу, у вас тут пакетов нет, так мы в презервативы бутылки положим и понесем. Получится, как Вы думаете?
Она уже совсем не знает, что сказать. Вспоминает, что она на работе, строго говорит:
- Как это пакетов у нас нет? Вон лежат. С Вас 487 рублей и 45 копеек.
- Так, а тугрики вы, значит, не принимаете, - снова завожу я старую пластинку.
Олег уже не скрывает смех, гогочет во все горло. Я расплачиваюсь, и под возбужденное шушуканье мы с гордым видом покидаем магазин.
- Миха, а давай Славику позвоним, а?
- И что скажем?
- Ну, типа, пусть приезжает, - я от удивления почти раскрываю рот. Услышать это от Олега – более чем странно.
- Да ну его на фиг, Олег. Ему на нас уже давно положить, а мы все за ним прыгаем, как зайчата. И без него нормально.
Славик – наш одноклассник. Он самым первым переехал в Москву, учился в МГУ. Все дела. Общаться мы перестали еще курсе на втором. Хотя время от времени все же перезванивались или писали е-мэйлы. Со Славиком и его сестрой, которая училась в нашей же школе, связано много всяких прикольных историй.
Славик родился в один день с Владимиром Владимировичем. Но не тем, о котором вы подумали, а с Маяковским. 19 июля. Волею судьбы и стараниями Торина в этот день у нас появилась еще одна веселая традиция, кроме как напиваться до потери пульса, празднуя очередное Славкино какое-то-там-летие.
Родители Славика живут на девятом этаже. Следовательно, пешком к ним ходят только самые отъявленные приверженцы здорового образа жизни. Все нормальные люди пользуются лифтом. Мы, прикидываясь нормальными людьми, не выпендриваемся особо, а тоже послушно запихиваем себя в тесную металлическую коробку и несемся в ней по бетонной кишке, именуемой лифтовой шахтой.
В тот раз в лифте нас оказалось четверо – я, Торин, Славик и Саша Фомин. Настроение радостное, алкоголя потреблено невообразимое количество. Начинаем искать в лифте пятый угол. Почти уже нашли. Как раз тогда, когда Женька догадался прыгнуть. Всем своим телом массой в центнер. Лифт повел себя так, как нормальный лифт ведет себя тогда, когда внутри него прыгает человек внушительных размеров. Он встал. Внутри погас свет, а Фомин громко произнес: «Таааак…» Остальным стало как-то не по себе. Когда Саша произносит это ТАКИМ тоном, не весело станет даже гробовщику…
Просидели мы недолго, как-то на удивление быстро сработала дежурная команда лифтеров. Но единодушно решили повторить веселье на следующий год.
На следующий раз мы подготовились основательнее. Во-первых, взяли с собой пиво. Во-вторых, девушек. В-третьих, для гарантии прыгнули вместе. Вызывать лифтеров не стали, а начали бурно и весело проводить время. По моей настоятельной просьбе в тот раз с нами поехала ничего не подозревающая о наших намерениях N. Сначала она испугалась, затем попыталась предпринять активные действия по нашему освобождению. Когда же она наконец поняла, что все так и было задумано, начала активно пользоваться моментом. Т.е. нахождением рядом со мной. Со всеми вытекающими отсюда (ха-ха-ха, скорее, из меня) последствиями.
На следующий год Славик не приехал на свой день рождения в Ульяновск. Предпочел компании старых друзей сплав по рекам где-то в Сибири. Нас с Ториным это не остановило. Мы взяли по полтора литра пива, пошли в ставший уже родным лифт и повторили процедуру. Веселья особого не было. Скорее наоборот. Причем, и пиво пришлось допивать на скамеечке во дворе, и дома у Славика никого не оказалось, да и вообще…
И все равно каждый год 19 июля я вспоминаю нашу традицию, вспоминаю наш веселый и безбашенный класс, полное раздолбайства и жизнелюбия времяпрепровождение. Вспоминаю всех нас, уверенных в том, что в жизни все будет хорошо, а причиной тому будем мы. Удивляюсь нашей уверенности в себе, и понимаю – мне уже не хватает ощущения молодости, ощущения растущих за спиной крыльев и оптимизма. Жаль, что все получилось именно так…
@@@
Ночевать Пикалов уехал в Дзержинск, к родственникам. Типа он «обещал, неудобно не приехать» и все такое. На самом деле, скорее всего, он просто испугался, что в компании со мной ему снова не удастся нормально выспаться, как бывало уже не раз. Но – как это ни странно – даже такие бескомпромиссные любители самоистязания, как я, иногда все же из очередной ночной вечеринки и нормального спокойного восьмичасового сна выбирают последнее.
В этот раз такое позорное бегство в собственную кровать было оправдано тем, что следующие две (или все-таки три??) ночи мы если и спали, то часа по три-четыре – не больше!
Впрочем, такая осторожность Пикалова объясняется его весьма и весьма обширным опытом общения со мной. Как-то раз Саша, во время очередного ЖОПА-кризиса, приехал ко мне с единственной целью – нормально выспаться. На его несчастье в стране разразился очередной любимый праздник всего мужского народонаселения – 8 марта. Получилось так, что выходных дней подряд было сразу четыре. Представляете масштаб опустошения магазинных полок?!
Заснуть тогда Саше все же удалось. Точнее, ему не удалось не заснуть. Потому что где-то примерно к окончанию второго дня празднований, когда в дверь моей квартиры настойчиво звонила очередная порция «просто проходящих мимо» гостей, преимущественно женского пола, Саша, открыв дверь, закатил глаза, произнес что-то нечленораздельное, сел в первое попавшееся кресло, и просто выключился… В режиме stand-by он просуществовал несколько часов, пережив еще пару-тройку всплесков гостевой активности. После чего, впрочем, вернулся к нормальной праздничной жизнедеятельности.
Поэтому сейчас он, видимо, предчувствуя очередной веселый день, решил попросту набраться сил.
Собственно, как выяснилось позднее, веселый день удался. Но почему-то сейчас мне не хочется подробно рассказывать о нем. Ни об обеде в любимом «Запаснике», хотя что может быть привлекательнее, чем обедать под открытым небом, в тишине старинного московского дворика, при этом находясь практически в центре? Ни о брутальном бильярде там же. Ни об уроках фехтования на бильярдных киях. Ни о «добродушном» объяснении с секьюрити. Ни о концерте Чижа в «Спорт-Баре» на Новом Арбате. Ни о незабываемой дегустации текилы прямо с обнаженного девичьего тела. Ни о… Да мало ли о чем еще?!
Почему-то из всего дня самым ярким впечатлением остался лишь не очень долгий и постоянно прерывавшийся разговор с Сашкой, который был начат еще за обедом, а закончен лишь через два дня на перроне Казанского вокзала.
Говорили о том, чего же все-таки нам надо от жизни. Чего мы хотим и к чему стремимся. И где та черта, перейдя через которую понимаешь, что ты счастлив. И куда мы спешим, пропуская самые главные события в жизни.
Ты знаешь, что для счастья тебе не нужно много. В сущности – совсем ничего. Казалось бы, стандартный набор ценностей – любимый человек, семья, дети, дело, которым ты умеешь и любишь заниматься, толика здоровья и крупица везения. И ты понимаешь, что это не банальные слова, не отговорка, призванная создать хорошее о тебе впечатление. Это – огромная планета со своим укладом и устройством. Такая хрупкая и беззащитная планета, которую так легко разрушить и так трудно защитить.
И ты знаешь, что ты должен быть не просто сильным, а самым сильным, часто – жестоким и даже беспощадным к тем, кто пытается посягнуть на созданное тобой. В стремлении защитить свой собственный мир ты учишься видеть все окружающее таким, какое оно есть на самом деле, видеть суть происходящего и разгадывать все тайные замыслы врагов еще в самом зародыше. И ты становишься именно таким – жестким, непробиваемым и умеющим добиваться своего.
А затем - на пороге 25-летия - ты в первый раз робко оглядываешься назад, на собственную жизнь, пытаясь наконец понять, что же ты все-таки успел сделать за это время. И видишь, что научившись быть тем, кем ты быть должен, ты потерял самое главное. То, что так хотелось сохранить. То, ради чего, вообще-то, все и затевалось.
В тебе не осталось ни капли невинности.
Нет, ты не стал самым известным развратником. И не превзошел ни маркиза де Сада, ни Казанову. Нет… Все гораздо проще…
Разложив этот мир на составные части, добравшись до самых мелких молекул, поняв, как же все это устроено и что нужно для того, чтобы быть самым-самым, ты просто упустил что-то важное, какую-то маленькую деталь, на которой вся твоя планета и держалась. Конечно, жизнь на этом не остановится. И будут еще тысячи радостных моментов, и сотни оглушительных побед, но никогда, никогда больше не поселится в тебе такая маленькая, наивная, детская вера в то, что когда-нибудь ты сможешь не беспокоиться о том, чтобы сохранить все так, как хотелось бы. Что счастье – это навсегда…
А твоя планета останется на орбите. И иногда ты будешь чувствовать, что она пролетает где-то рядом, и ты дышишь ее воздухом, находишься в ее атмосфере. И тогда ты научишься ценить то, что и есть самое главное…
@@@
Торин поднял голову, непонимающим сонным взглядом оглядел комнату, зевнул и спросил:
- Так, а где здесь кактусы продают?
- Женя, ты что – с дуба рухнул? Какие на хрен кактусы в 7 утра? – офигевает единственный выспавшийся из всех Вадим.
- Ну обычные кактусы, в горшочках, - зевая, не унимается Торин.
- Блин, да тебе здесь сейчас во всей округе даже волшебный пендаль в живот не продадут!
- Женьк, а зачем тебе кактус? - лениво интересуюсь я, даже не потрудившись отвернуться от стены.
- Как зачем? На подоконник поставлю!
Вот попробуйте придраться к логике выпускника физмата! :-)
Впрочем, Торин всегда отличался не то, что нестандартным (слишком мелкое определение), а даже феноменально абсурдным взглядом на вещи, тем не менее, четко укладывающимся в нормы формальной логики. Поэтому, когда тем летом он позвонил мне и сказал, что пойдет топиться в фонтане, я не стал спрашивать, почему именно в фонтане. Не потому, что мне было неинтересно. А потому что у меня тоже были свои резоны утопиться.
Казалось, что жизнь прожита зря. Все книги прочитаны, вся музыка переслушана. «Боже мой, мне уже 16, я закончил школу, а вся моя жизнь – непрекращающийся отстой! Я ни разу не видел MTV, «паленые» Dr.Martens малы на два размера (хотя я продолжаю их носить), секс – самое тупое и монотонное занятие на свете, а все остальное не имеет смысла. Да и вообще…»
Вообще, я и Торин – тот еще дуэт. Колоритнее не придумаешь. Холерик и флегматик. Пламя и лед. Лирик и физик. А еще учтите, что тогда Женька весил ровно в два раза больше меня. 48 против 96. Да, именно 48. Торин даже хотел подарить мне якорь на день рождения, чтобы меня ветром не мотало. Но передумал, грамотно рассудив, что таскать его за мной будет абсолютно некому. И подарил компас.
Торин пошел топиться из-за неразделенной любви. И еще из-за того, что отец отказался покупать ему компьютер. Причину же моей депрессии не смог найти даже супер-пупер-психотерапевт, которого оперативно наняли мои родители, едва увидев свое чадо с длинными волосами, заплетенными в косички, и с черным лаком на ногтях. Блин, даже не дали закончить примерку школьного платья моей сестры!
- Миша, Вы любите своих родителей?
- Да. Люблю.
- Все, что Вы делаете, Вы делаете для того, чтобы их обидеть?
- Нет. Зачем?
- А тогда зачем Вы это делаете?
Господи, ну как объяснить этому розовощекому пухляку, что в провинциальном городе совершенно нечем заняться такому, как я??! Мальчику инопланетного происхождения, умеющему творить чудеса. Да здесь даже фонтанов подходящих нет, чтобы утопиться!
Первый объект – возле ЦУМа - был единодушно отвергнут из-за слишком большого скопления людей вокруг. Ведь обязательно же кто-нибудь полезет спасать. Сволочи, не дадут спокойно умереть! Развелось героев вокруг – утопиться негде!
Диман, которого мы взяли с собой, чтобы «подержал рюкзаки, пока мы топиться будем», так и сказал:
- Ни хрена! Тут не то, что утопиться, тут посрать спокойно не дадут. Советами замучают!
Действительно, он прав. К тому же мелко - по колено всего-навсего. Тем не менее, мы с Женькой все же полезли. Так – прорепетировать. «Во всем нужна сноровка, закалка, тренировка» :-).
Наше мирное плескание в довольно-таки вонючих водах самого центрального фонтана родного города, как ни странно, парализовало его жизнедеятельность. Города, конечно, а не фонтана. Люди, проходящие мимо, стоящие на остановках, продавцы в близлежащих киосках, водители и пассажиры проезжающих мимо автомобилей и автобусов – все! – уставились на нас так, как, наверное, не стали бы пялиться даже если бы разверзлись небеса и в этот фонтан спустилась вся двенадцатичисленная апостольская братва. Эка невидаль – инопланетяне! А тут…
- Панки, панки… - пронеслось в толпе.
- Епты, город нормальным стал – панки завелись…
- Пацаны, вам не холодно?
- Слышь, Колян, у нас в Ульяновске, оказывается, панки есть…
Психологи утверждают, что все, что недоступно (неизвестно, непонятно и т.д.) человеческому мозгу – отвергается. Типа «не может такого быть»! А если неизвестно, но на что-то похоже, то это «неизвестно» отождествляется с этим «похоже»… Короче, прогрессивность нашего города в 1996 году от Р. Х. дальше сдохнувших в начале восьмидесятых панков не продвинулась. Viva la Ulyanovsk!! Foreva na fig!!!
Единственными нарушителями покоя на замершей улице Гончарова остались какие-то люди, вальяжными походками, вразвалочку, вдруг задвигавшиеся в нашу сторону. Вроде люди как люди, ан нет: на плечах такие вальяжные носят серенькие погончики. Милиция это называется.
- Менты, - сухо констатировал Диман.
Интересно, какую статью и какого кодекса нам бы инкриминировали, если бы у нас не было одного стратегического преимущества перед представителями власти с дубинкой? Преимущество простое. Как и все мелкие нарушители, мы умеем быстро бегать. В отличие от товарищей в сером.
- Адьос, амигос! – проорал я. – Буэна виста!! До скорых встреч!!!
- Че Гевара жив! – воодушевившись испаноязычностью, проорал Торин.
- Пошли все на х…! – проорал Диман. Логично сказано. :-) Доступно для широких масс!
Изобилием фонтанов, тем более – работающих, родной город Гончарова, к счастью, похвастаться не может. Иначе рассказ о нашем несостоявшемся утоплении растянулся бы страниц эдак на тридцать. Оно вам надо? Мне вот, например, уже надоело. :-) Объект под порядковым номером 2 – возле мемориального центра какого-то видного революционного деятеля – на удивление, оказался не занят многочисленной детворой, активно собирающей монетки со дна. Еще более странным оказалось и то, что все дно, выложенное дебильного цвета плиточкой, было щедро усыпано металлическими дензнаками.
- Пива хочешь? – спросил меня Торин.
- И сигареты тоже кончились, - бодро констатировал Диман, легонько подталкивая меня к краю.
Секунд через десять я уже ползал по скользкой илистой поверхности на коленях, таращил глаза как белочка из известного анекдота, и сгребал ладонями самые разные монетки. Желтые и белые, большие и маленькие, американские, испанские и еще чьи-то – чуть ли не с Анджелой Дэвис… Испанские, кстати, с дырками посередине.
Торин тоже спрыгнул в воду и почти сразу же зацепился развязавшимся шнурком за какой-то арматурный штырь, торчавший из дна.
- Дебилы, - ворчал он, выныривая на поверхность. – Дегенераты, придурки! Заработка лишают!..
Диман оперативно разделял всю добычу на полезную и не очень. Полезная – это ни во что не конвертируемые родные рубли. Которые, впрочем, в ближайшем киоске нам с некоторым неудовольствием превратили во вполне осязаемые булькающие бутылки и шуршащие пока нетронутым целлофаном сигаретные пачки. Разразившаяся тем летом эпидемия потребительского патриотизма («Покупай российское!») не смогла заставить нас купить ни воняющие каким-то лошадиным дерьмом «Союз-Аполлон», ни бьющие все рекорды продаж «Петр 1». Курили «Winston»… Ну что поделаешь – бедные студенты! :-)
Торин, еле отдышавшись от пережитого стресса, с сожалением рассматривал свой искалеченный шнурок от нефиговых таких военных ботинок.
- П..ц, - сказал он. Точнее не скажешь. Придется теперь мотаться по всему центру, искать приемлемую пару шнурков. Торин в таких вопросах щепетилен до занудства…
Мелочи набралось порядочно. Хватило и на шнурки, и на сигареты, и на пиво, и даже не по одному разу. Жизнь иногда бывает весьма неплоха. Правда, чтобы понять это, нужно на один шаг приблизить ее окончание. Странно.
- Так я не понял: тут кактусы нигде не продаются, что ли? – никак не может уняться Торин, тщетно пытаясь найти среди хлама, завалившего кухню, хотя бы одну неоткрытую банку пива. Ну на крайний случай – недопитую.
- Жень, блин! Успокойся! На фиг тебе кактусы?
- Нда, блин… Придется в «Гринпис» телеграмму отправлять. Раз в жизни захочешь проявить заботу о природе… Так нет же – не дадут!!!
Ха, в тот «банно-фонтанный» день мы тоже ходили отправлять телеграмму.
Не знаю, много ли придурков приходит каждый день на ульяновский Главпочтамт, чтобы отправить телеграмму «на деревню дедушке»… Однако тетушка, принимающая бланки, исписанные корявыми почерками сограждан, очень спокойно и на удивление вежливо ответила, что, мол, «не дойдет телеграмма». На наше приторно-издевательское «Почему??», она так же спокойно и так же вежливо ответила, что, мол, «адрес получателя указан неверно»… При этом выражение лица тетушки, украшенное весьма милой улыбкой, очень напоминало преувеличенно снисходительные физиономии сотрудниц ЗАГСов, которых показывают по телевидению в моменты, когда они отказывают геям в регистрации браков. «Согласно законодательству, мы не имеем права регистрировать однополые браки, бла-бла-бла…»
Констатировав неудачу, мы развернулись и, хлюпая непросохшими ботинками, двинулись к выходу.
Могли ли мы тогда подумать, что всего через восемь лет…
Ё-моё!!! Мерный ход моих элегических воспоминаний резко обрывается: я вспоминаю, что завтра понедельник, а сегодня в 17.12 с Казанского вокзала отправляется поезд в Ульяновск, на который у меня куплен билет!!!
Когда ты понимаешь, что меньше чем за четыре часа тебе нужно преодолеть маршрут «Речной вокзал – Нахимовский проспект – Перово – Комсомольская», при этом в зеркале видишь нечто серо-зеленое с взъерошенными волосами, и не можешь вспомнить, когда последний раз брился, ты моментально превращаешься в главного героя остросюжетного action-movie. Ближе всего «Крепкий орешек – 3»…
Черт, где здесь аспирин??!!
@@@
Первое, о чем я вспомнил, заняв-таки свое место в фирменном поезде «Москва – Ульяновск»: забыл дома очки. Это значит, что почитать, конечно, удастся, но недолго. Через час заболят глаза, придется лезть на свою верхнюю полку и пытаться спать, стараясь не вслушиваться в пошлые разговоры соседей. «Ой, а вы слышали, у Васи то опять сифилис. Говорила я ему – не ездий в Анстурдам. Нет, засранец, поперся. Говорит, мол, мать, там трава самая дешевая. Господи, у нас этой травой уже весь шифоньер провонял. Не знаю куда девать. Даже кошку пробовала кормить. Не жрет, зараза!»
Надеюсь, Ваня все-таки купил билет, и я не поеду один.
С Ванькой мы столкнулись случайно, на «Комсомольской». Я, сдав все свои вещи в камеру хранения, спешил доделать кое-какие дела, а он наоборот шел на Казанский, хотел купить билет. Потянуло, понимаешь, на родину. До этого дня мы не виделись года три. Примерно раз в полгода обменивались е-мэйлами, и не более того.
Мы учились в одной школе, он на два года младше. Можно даже с натяжкой сказать, что мы дружили. Впрочем, так оно и было.
Ваня из тех, кого даже такие циники как я называют «умницами». Я искренне уважаю его и считаю своим другом.
Не скажу, что мы кинулись друг другу в объятия, но, пройдя всего пару метров после того, как увидел его, я обернулся. Он стоял и улыбаясь смотрел на меня. Мы пару минут поболтали, я оставил свой телефон и попросил позвонить, если он все же сможет взять билет.
Ваня не позвонил и теперь я сидел в вагоне, тупо глядя на перрон, и рисовал себе мрачные картины одинокого путешествия за тысячу километров от Москвы в компании тупых торгашей-алкоголиков. Картина не радовала.
Поезд тронулся, проводница проверила билеты, собрала мзду за постель и удалилась охранять котел с кипятком. Я достал плейер, включил Oasis, и с головой окунулся в «Орфографию» Быкова.
Кто-то тронул меня за плечо. Я надменно поднял глаза. Ванька! Он все-таки едет в этом долбанном поезде! Йес! Я не одинок!
Нам повезло: у меня было верхнее боковое место, а нижнее пока никто не занял. Поэтому мы спокойно разместились напротив друг друга, и я оперативно извлек из сумки свои скромные пивные запасы. До самой Рязани болтали о всяком, вспоминали школу, общих знакомых, учителей, пару раз прерываясь на поход в вагон-ресторан за очередной «последней».
Вагон-ресторан в нашем фирменном поезде – это особая история с бесконечным продолжением. Вечно нетрезвые официанты, вечно путающие заказы, вечное отсутствие сдачи, вечно занятые столики, и бесконечные запасы холодного пива, которое, правда, приходится ждать целую вечность!
Стоянка в Рязани – 20 минут. Можно многое успеть, было бы желание. Нетерпеливых, страждущих и просто желающих всегда накапливается довольно много. Сигареты, семечки, минеральная вода, сушеная рыба, орешки, грибы, картошка вареная, фисташки, картошка жареная, фрукты, мороженое и пиво, пиво, пиво, пиво… У меня есть глубочайшее убеждение, что вездесущих бабушек с корзиночками, снующих туда-сюда по перрону, скрыто поддерживает компания «Балтика».
- Бабуль, пиво есть?
- Конечно, сынок, конечно. Вот, «Балтика», «троечка».
- А другое какое-нибудь?
- Конечно, внучек, есть. Вот, «семерочка».
- Так. А еще какое есть?
- Ну вот «девятка»…
- Бабуль, а ДРУГОЕ пиво есть?
- А чем тебе это не пиво?! – искренне удивляется она, в нетерпении переминаясь на месте. Не повезло бабке – нарвалась на привередливых.
- А Stella Artois есть? – добивает бабку своим эстетством Ваня.
До бабкиного мозга доходит только слово «есть». Она уже почти в истерике:
- Ой, господи… Берете пиво, нет? Есть, говорю, пиво, есть же! Вот «троечка», «семерка», «девятка». Какое вам?
- Ладно, фиг с тобой, бабка. Давай уж какого-нибудь…
Вернувшись на свои места, обнаруживаем нерадостное для себя появление соседки. Она, поджав губы, сухо здоровается. Этой тоже не повезло: соседи молодые, поболтать не с кем. Эх, а нам то как не повезло… Лично я всегда теряюсь, когда со мной в поездах начинают разговаривать незнакомые люди. Зачем? В чем я перед ними провинился? Мне совершенно неинтересно, зачем они едут куда-то там. Для меня вот даже их имя-отчество уже лишняя информация. Нет же, обязательно надо что-нибудь мне рассказать про своих неразумных детей, постарше меня раза в полтора, которые деньги «канчивают» на какой-то там «боумблинг», засранцы! Нет, чтобы на дачу съездить в единственный свой выходной!
Спасает нас неизбежный «call of nature». По дороге в туалет, в самом конце вагона мы обнаруживаем совершенно пустое купе, размещаемся там. Интеллигентно подваливаю на всякий случай к проводнице:
- Простите, вопрос у меня к Вам. Не разрешите ли Вы нам временно занять последнее купе. Мы с приятелем встретились, не виделись несколько лет. Хочется поболтать, а места больше нет удачного, - улыбаюсь самой своей детской улыбкой.
Проводница хмурится, но вижу, что больше для порядка, чем на самом деле.
- Ох, молодежь! Все вам неймется! Ладно уж, сидите, только не напивайтесь и это… - Мисс Неприступность тушуется – это…, бутылки в пакетик сложите, ладно? Там поставите потом около мусорного бака.
Сделка состоялась! Да здравствует отечественная стекольная промышленность! :-)
Вскоре наше мирное пивопитие все-таки нарушили. Все та же проводница привела двух девушек - как бы так помягче выразиться? – весьма нерадующей взгляд наружности. Девочки ехали в населенный пункт с непонятным даже с третьего раза названием. Их как-то звали. На этом наше с ними общение закончилось. Их с нами – нет. Впрочем, ненадолго. После того, как мы проигнорировали пару их вопросов, на нас, по всей видимости, был повешен ярлык «ути-пути, фифы московские». Чего мы, в принципе, и добивались.
Но буквально минут через двадцать девушки вновь привлекли наше внимание. На этот раз всерьез и надолго. Как раз, когда плейер вливал в наши уши «The Girl in the Dirty Shirt», девушки вернулись из курилки в компании двух потрясающих воображение молодых людей. Один был пьян настолько, что полез целоваться к собственному другу. Впрочем, возможно, все так и должно было быть. Другой был одет в ярко-красную футболку с надписью «I love my penis!» поверх свитера, а на спине носил внушительных размеров рюкзак, который ни разу не снял. Этот тоже слушал плейер. При этом одновременно клеил девушек. Сразу обеих. Потому что его друг уснул еще до того, как ему в довольно агрессивной форме было отказано в поцелуе: «Пошел на х.., му..к!» Девушек клеили в такой же форме, используя ту же лексику. Вот кому бы преподавать в «пикаперской» школе!!!
- Девчонки, бля, а хотите, я вам сейчас поставлю ох…ый джаз?
Результат меня потряс! Девочки согласились, причем с такой неподдельной радостью!
Ваня, от души повеселившись над неожиданно победоносной тактикой, шепнул мне на ухо:
- Представляешь, мы бы сейчас им ляпнули: «Девчонки, на, а мы вам счас врубим невъе…ый брит-поп!» И все – девки наши! Все просто, оказывается! С периодичностью раз в пятнадцать минут (после очередной бутылки) вся компания выходила покурить. Часа за полтора они выпили пива примерно столько же, сколько мы с Ваней за всю дорогу. По мере увеличения промилле в крови, увеличивался и уровень децибел, издаваемых их глотками и наушниками. Кроме того, к всеобщей радости из коматозного состояния вышел любитель однополых поцелуев. Первое, что он сделал, очнувшись, – потянулся за пивной бутылкой. Сделал внушительный глоток, и радостно известил общественность, что он «пошел поссать». Пытаясь встать, он оперся рукой, в которой держал бутылку, о верхнюю полку так, что облил пивом голову рядом сидящей девушки. Начались вопли, визги, рукоприкладство. В конечном итоге она вскочила и выбежала в туалет. Ее подруга рванула следом. Джентльмены, видимо, собираясь загладить свою вину, поспешили туда же.
Едва мы с Ваней облегченно вздохнули, радуясь внезапному избавлению от шумных соседей, как тут же высшие силы в очередной раз преподнесли нам урок, что, мол, не стоит решать за них, что и как будет дальше. Высшие силы явились в лице проводницы и представителей общественности - двух пенсионерок-активисток из соседнего купе. Нас обвинили в нарушении порядка, асоциальном поведении, усомнились в наших интеллектуальных способностях. А одна из дам заявила, что «где, мол, такое видано, чтобы по ночам сидеть с нечищеными зубами, и вообще – у меня режим, а уже первый час!» На что я резонно ответил, что у меня тоже режим, и раньше двух я спать никогда не ложусь. А потом мило поинтересовался, уж не «Теорию коммунистического образа жизни» ли она преподавала перед выходом на пенсию. Дама захлебнулась в собственной слюне, закашлялась и просипела, что она «будет жаловаться»! Вторая же, держась за сердце, завопила: «Вот именно такие и научили моего Сереженьку курить!!!»
Нужно отдать должное проводнице, которая, памятуя о ждущем ее возле мусорного бака гонораре, разрулила ситуацию лучшим образом: она отправила пенсионерок спать, пообещав «разобраться и наказать по всей строгости закона». Затем шепотом пообещала нам, что все будет нормально, а вслух произнесла:
- Еще одна жалоба от пассажиров – вызову начальника поезда! Женщины, свидетелями будете? Пенсионерки испуганно выглянули из своей обители и запричитали, что, мол, «может, как-нибудь так обойдемся, без начальника?» Что «мальчики, наверно, все и так поняли, и больше не будут, правда, мальчики?»
Проводница подмигнула нам, и ушла в тамбур, «мочить в сортире» настоящих виновников.
Едва нас оставили в покое, мы истерически заржали.
Следующие полчаса прошли более или менее спокойно. Какая-то там «Балтика», Oasis, анекдоты шепотом. Пару раз с гордым видом мимо прошла проводница, явно довольная нашим поведением. Вскоре вернулись хмурые девочки: мы подъезжали к их станции, им нужно было выходить, ну и все такое. В общем-то, и не жалко :-).
Но когда в вагон вошел гордый своим пенисом обладатель красной майки, я решил с ним все же поговорить.
- Мальчик, иди сюда, - как можно более дружелюбно сказал я.
- Че? Этого кого ты мальчиком назвал? Ты че, ох…ел? – придурок, именно на такую реакцию я и рассчитывал.
- А ты бы не хамил, малыш! Как бы боком не вышло, - теперь уже я начал откровенно нарываться. Назад пути уже не было.
Он развернулся, сделал пару шагов по направлению ко мне, оперся на стол и уставился на меня тупыми глазенками.
- Это ты че, угрожаешь?
- Даже и не думал, просто совет, - тут Ваня «нежно» пнул меня ногой под столом.
- Короче, че надо?
- Да так. Тут, понимаешь ли, из-за тебя и друга твоего нас незаслуженно много в чем обвинили. Некрасиво получается. Ты бы извинился хотя бы. А то мы обиделись.
- Да мне по х.., обиделись вы или нет, понял? Еще я перед всякими му..ми не извинялся!! – он смачно плюнул на пол, прямо мне под ноги.
- Дааа… А вот за такое уже и по рылу можно получить… v- Ну, так в чем проблема? Давай, мочи, если сил хватит!
В таких случаях я повторного приглашения не жду. Можно и не дождаться. Поэтому я спокойно, с трогательной улыбкой выполнил его просьбу. Ударил, кстати, очень удачно. Причем успел два раза. И оба в лицо. Он явно не ожидал, к тому же тяжеленный рюкзак за его спиной сыграл в мою пользу. Через секунду он уже валялся в проходе, ладонью одной руки утирая кровь из носа, а другую выставил вперед, тупо таращась то на меня, то на Ваню. Уверенность и наглость из голоса куда-то исчезли, он хрипло шептал: «Пацаны, вы че? Пацаны! Больше не надо! Ну я не прав, согласен, но в морду-то сразу зачем?»
- Допустим, не сразу, а только когда сам попросил, - справедливо возразил я.
- Слушай, у тебя какое место? – Ваня решил вмешаться, пока я не начал дальше развивать события.
- 23-е…
- Ну вот. Ты сейчас спокойненько иди, ложись спать. И все будет нормально.
- Ага, - пробормотал он. – Это, а вы из Ульяновска?
- А тебе какая разница? Иди спать!
- Да ну так, без разницы… Ага, я пошел. Пока.
Поезд начал медленно останавливаться. Плотно приклеенная – почему-то к двери туалета - бумажка с названием «График движения поезда» любезно проинформировала меня, что мы прибыли в населенный пункт под названием Потьма. В принципе, ничего примечательного в этом нет, если не принимать во внимание, что стоянка здесь целых 20 минут. Это хорошо. Проветриться – это именно то, что нам нужно.
Вывалившись на морозный, до одурения свежий воздух, я как-то совсем не к месту почувствовал, что жизнь, оказывается, бывает чертовски приятной штукой! Ночь, глушь, хмель, мороз… Интересно, что ощущали ссыльные декабристы, ехавшие через всю страну на поселение в Сибирь? Наверное, все, что угодно, кроме преследующего нас сейчас острого желания выпить любого другого, кроме «Балтики», пива.
Как ни странно, даже в два часа ночи по перрону сновали неутомимые ударницы мелкого капиталистического труда. Нас же, однако, почему-то никто из них не заметил. Мы тщетно промерзли минуты три, пытаясь обратить на себя внимание пингвиньими подпрыгиваниями на одной ноге и жалобными подвываниями: «Ой, мля, чего ж так холодно-то!»
Наконец, Ваня не выдержал. Пару раз кашлянул, прочистив горло, и на всю округу прокричал:
- Эгегей!!! Бабки с семечками и пивом, в одну шеренгу стааанааавись!!!
Не прошло и минуты, как вокруг нас засуетились, забегали, запрыгали многочисленные пуховики, куртки, ватники и бушлаты, с валенками внизу, теплыми платками и шалями вверху. Лиц не разглядеть, слов не разобрать. Основательно изучив содержимое пяти или семи сумок и корзинок, мы выбрали оттуда всю не-«Балтику». А заодно, чтобы никому не было обидно, прикупили у каждой из подбежавших бедолаг по стакану семечек. Куда нам столько??
В вагоне давно выключен свет, спят все пассажиры. Даже неутомимая проводница прилегла вздремнуть на пару часов. Спят все жители деревенек и городков, мимо которых мы проезжаем. Главное, чтобы машинист не уснул.
А мы сидим, допиваем бесконечное пиво, по второму кругу гоняем все диски в плейере. Спорим о целесообразности введения спецсчетов для уплаты НДС, о преимуществах MTV перед МузТВ, сходимся во мнении, что Билл Гейтс не такой уж и урод, ну и все такое… Кто придумал такое глупое занятие – спать?..
Результат бессонной ночи в поезде в приятной компании может быть только один. Догадайтесь какой? :-)
@@@
8:43. Поезд прибывает на Центральный вокзал Ульяновска. Ни минуты не поспавший, уже в течение часа упорно добивающий последнюю бутылку пива, мутными глазами я наблюдаю за тем, как мои соседи по вагону сосредоточенно готовятся к выходу. Первыми, чуть только показались первые дома на окраинах, поползли пенсионерки-активистки. Аккуратно одетые, застегнутые на все пуговицы, с поджатыми губами, тужатся, катят свои тележки. Лица преисполнены осознанием важности момента: сейчас необходимо сыграть роль положительной во всех отношениях старушки, приехавшей в родной город. Вплоть до скупой слезы умиления, одиноко скатывающейся по морщинистой щеке. Несчастные люди! Как только умудряются всю жизнь прожить, играя в кого-то? Каждую минуту рефлексируя по поводу того, как выглядят в глазах окружающих. Бррр!!!
«Красномаечный» пролетел быстро, не оглядываясь. Хотел его окликнуть, только как-то стало лень. И противно. Ну что я ему скажу?
Говорю «до свидания!» соседке. В ответ – презрительный взгляд. Как будто в жидкий азот бросили.
Люди, что с вами?
Бредут по вагону, глаза в пол, лица серые какие-то, недовольное бурчание… Люди, что с вами??!
Выбрасываю все это из головы. Какое мне дело? Люди сами портят себе жизнь, слишком серьезно все воспринимая. Стараясь быть такими, какими их хотят видеть родители, жены, друзья, начальство, соседи, странное формирование под кодовым названием «общественность». В результате становятся занудными ворчунами, не умеющими радоваться. Портят себе жизнь в погоне за соответствием стандарту… Люди, что с вами???
Выхожу на перрон. Пыльный вокзал, хмурое утро, бессонная ночь, серые люди не испортят мне настроение! Я не позволю им напрасно тратить мою собственную жизнь на глупые переживания, погоню за мнимой положительностью репутации в глазах людей, которые не умеют быть самими собой, пустую трату времени…
Я здесь не для этого. Не для этого в такую рань меня встречает улыбающийся Пикалов, который со всех ног несется к вагону, увидев меня. Не для этого я, улыбаясь и шутя, иду войной один против всех. Не воплю и не плачусь в жилетку первому встречному, зализывая раны на сердце. И на вопрос «Как дела?» неизменно отвечаю: «Как обычно – прекрасно!»…
Здравствуй, город! Город, который я ненавижу. И безгранично люблю.
Читать дальше…